arguendi (arguendi) wrote,
arguendi
arguendi

Завещание Людовика XVI



Луи XVI - самый оболганный из французских королей. Как и у нас. У нас самый оболганный русский царь - тот, что убит сатанистами. То же самое и в некогда самой мощной европейской державе - сатанисты убили законного короля Франции и вывалили на его могилу огромную кучу мусора. И ветер истории не развеял его.

Этот пост - не попытка доказать, что Мария Антуанетта никогда не говорила "У них нет хлеба? Так пусть едят пирожные". Это попытка показать вам, КЕМ были наши законные короли. Какие это были Личности. Какое это было время... Пока темные силы зла не привели в исполнение свой дьявольский план. Под наши всеобщие аплодисменты.

Людовика убили только потому, что он был король и верный христианин. Только поэтому. Если вы думаете, что "Великая" революция 1789 года - это результат социально-экономического кризиса во Франции, то, скорее всего, вы еще более тупое существо, чем небратья наши меньшие.
_________________

Завещание Людовика XVI

Во имя Пресвятой Троицы, Отца и Сына и Пресвятого Духа. Сегодня двадцать пятого дня, декабря месяца, тысяча семьсот девяносто второго года, объявляю я, именуемый Людовиком XVI, король Франции, заключенный по воле тех, которые были моими подданными, в Париже в башне Тампля, уже более четырех месяцев, лишенный всякого общения с одиннадцатого сего месяца даже со своей семьей; будучи, кроме сего, замешан в процессе, исход коего из-за человеческих страстей никоим образом не может быть предвиден и на который ни в одном из существующих законов не имеется положений; имея только Бога свидетелем своих мыслей и никого, кроме Него, к кому я мог бы обратиться, я пред Его лицом объявляю свою последнюю волю и свое убеждение.

Я завещаю свою душу Богу, моему Создателю; я прошу Его принять ее в милосердии, судить ее не по ее заслугам. А по заслугам нашего Господа Иисуса Христа, который принес себя в жертву Господу своему Отцу за нас, людей, как бы недостойны этого мы не были, а в особенности я.

Я умираю в лоне нашей святой матери Католической, Апостольской и Римской Церкви, которая получила свое установление преемственно от святого Петра, по завету Иисуса Христа. Я твердо верую и признаю все, что содержится в апостольском вероисповедании и в заповедях Божьих и в церкви, в таинства и чудеса, как учит и всегда учила Католическая Церковь. Я никогда не претендовал на роль судьи по поводу истолкования различных догм, которыми нарушено единство церкви Иисуса Христа, но я всегда держался и буду держаться, если Бог даст мне жизнь, и в дальнейшем тех решений, которые будут даны князьями церкви, посвятившими себя святой Католической Церкви, в соответствии с правилами Церкви, установленными со времен Христа. Я от всей души оплакиваю своих братьев, пребывающих в заблуждении; но я не претендую на то, чтобы быть их судьей и, тем не менее, люблю их всех во Иисусе Христе, как нас тому учит христианская любовь.

Я прошу Бога простить мне все мои грехи; я пытался точно изучить их, возненавидеть их и смириться перед Его лицом. Так как я лишен возможности пользоваться помощью католического духовника, я прошу Бога принять от меня исповедь, а прежде всего мое глубокое раскаяние в том, что я подписал свое имя (хотя это и свершилось помимо моей воли) под документами, которые могли стоять в противоречии с правилами и верой Католической Церкви, с которой я в сердце своем всегда искренне был связан. Я прошу Бога принять мое твердое решение в случае, если Он дарует мне жизнь, как только мне будет дана возможность воспользоваться помощью католического духовника, для исповедания перед ним во всех моих грехах и для принятия от него св. причастия.

Всех тех, которых я, быть может, нечаянно обидел (ибо я не помню, чтобы я сознательно обидел кого-нибудь) или тех, кому я подал дурной пример или доставил огорчение, я прошу простить мне то зло, которое я, по их мнению, сотворил.

Я прошу все милосердные души соединить свои молитвы с моими, чтобы испросить у Бога прощения за мои грехи.

Я от всего сердца прощаю тех, которые сделались моими врагами без моей на то вины; и я прошу Бога простить их, а также тех, которые своим ложным или неправильно понятым рвением причинили мне много зла.

Я завещаю Богу мою жену и моих детей, мою сестру, моих теток, моих братьев и всех тех, которые соединены со мной узами родства или какими бы то ни было иными узами; и прошу Бога в особенности не оставить своим милосердием мою жену, моих детей и мою сестру, которые давно уже страдают вместе со мной, оказать им милостивую поддержку, если они потеряют меня, пока они проживут в этом преходящем мире.

Мою жену я прошу любить моих детей; я никогда не сомневался в ее материнской нежности к ним; я в особенности завещаю ей сделать их добрыми христианами и благородными людьми, показать им прелести этого мира (если им суждено будет их узнать) в свете опасного и бренного достояния и обратить их взоры на единственно постоянную и длительную славу, на вечность. Я прошу мою сестру перенести свое нежное чувство на моих детей и стать им матерью, если их постигнет несчастье потерять их мать.

Я прошу мою жену простить мне все страдания, которые она перенесла ради меня, и все горести, которые я доставил ей за время нашей общей жизни, так же как и она может быть уверена, что я ничего не таю против нее в своем сердце, если она, быть может, думает, что должна себя упрекнуть в чем-либо.

Я настоятельно завещаю моим детям наряду с обязанностями перед Богом, которые должны быть впереди всего, жить всегда в дружбе и согласии, в почитании и почтении к матери в благодарность за все страдания и хлопоты, которыми она окружает их, и не предать забвению память обо мне. Я прошу их смотреть на мою сестру как на их вторую мать.

Я завещаю своему сыну, если его постигнет несчастье стать королем, думать о том, что он должен отдать всего себя ради счастья своих сограждан, что он должен забыть свою ненависть и злобу и в первую очередь то, что имеет отношение к несчастью и страданиям, которые претерпеваю я; что он сможет восстановить счастье народов только тогда, если будет править по законам; но пусть он не забывает, что король только тогда может пользоваться должным уважением и претворить в жизнь добро, которое он таит в своем сердце, если он пользуется необходимым авторитетом, и что в противном случае он связан в своих действиях и, не внушая уважения, приносит больше вреда, чем пользы.

Я завещаю моему сыну заботиться о всех тех людях, которые были связаны со мной, поскольку обстоятельства, в которых он будет находиться, дадут ему такую возможность; помнить о том, что это является священной обязанностью, которую я несу по отношению к детям или родителям тех, которые умерли ради меня, а также лиц, которые стали несчастными из-за меня. Я знаю, что некоторые из них, связанные ранее со мной, поступили по отношению ко мне не так, как следовало бы, но я прощаю их (ведь часто в моменты страсти или волнения не владеешь собой), и я прошу моего сына, если ему представится возможность, думать только об их несчастии.

Я желаю здесь высказать свою благодарность тем лицам, которые доказали свою истинную преданность и бескорыстие по отношению ко мне. Если, с одной стороны, я и чувствительно был затронут неблагодарностью и вероломством людей, которым я никогда не делал ничего иного, кроме добра, как им, так и их родным и друзьям. То, с другой, я имел утешение видеть привязанность и самоотверженное участие многих людей. Я прошу их за это принять мою глубокую благодарность. При теперешних обстоятельствах я не могу пространно говорить об этом, не подвергая их опасности, но я настоятельно прошу моего сына искать возможность отплатить им.

Я, однако, думаю, что сказанное будет клеветой по отношению к нации, если я открыто не буду просить моего сына относительно господ Шамильи и Хю, истинная привязанность которых ко мне довела до того, что они дали заключить себя совместно со мной в этом месте печали и согласились стать несчастными жертвами этого. Также прошу я его и относительно Клери, заботливость которого я должен отметить, особенно в тех пор, как он со мной; так как он остается со мной до конца, то я прошу господ из коммуны отдать ему мое платье, мои книги, мои часы, мой кошелек и прочую мелочь, которые сданы в совете коммуны.

Я охотно прощаю также и тех, которые караулили меня, за их плохое обращение и пытки, которым они считали нужным подвергать меня. Я встретил несколько чутких и сострадательных людей; да возрадуются они в своих сердцах тем миром, которым они будут вознаграждены за их образ мысли.

Я прошу господ де Малерба, Тронше и Десеза принять за все их заботы и труды, которыми они окружали меня, мою благодарность и выражение моего умиления.

Я кончаю, объявляя именем Бога, готовый предстать перед Ним, что я не могу упрекнуть себя ни в одном из тех преступлений, которые выдвинули против меня.

Дано в двух экземплярах в башне Тампля 25 декабря 1792 г.

Людовик

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 60 comments