arguendi (arguendi) wrote,
arguendi
arguendi

О женском равноправии



colonelcassad: Поздравляю представительниц прекрасного пола с Международным Женским Днем. Сегодня, хотелось бы напомнить, что в основе сегодняшнего праздника лежала и лежит именно борьба за равноправие женщин, что еще век назад было более чем актуальной проблемой, а в некоторых регионах Земли, остается проблемой и поныне. Речь здесь не идет о воинствующем феминизме, а именно о равноправии, за которое приходилось воевать в том числе и оружием.

Не подумайте, что я троллю и прикидываюсь дурачком, но мне искренне хочется понять (объясните, пожалуйста): о каком равноправии идет речь?

О праве голосовать? Как монархист и далеко не поклонник буржуазных демократических республик, не могу сказать, что вижу здесь какой-то плюс. Как минимум, это "завоевание" мне ни о чем не говорит.

О праве раздеваться на камеру, работать проституткой и стриптизершей? Естественно, будучи традиционалистом и православным, к подобного рода занятиям я отношусь в крайней степени нетерпимо. Поэтому, не вдаваясь в длительные рассуждения, по этому пункту тоже незачот.

А может речь идет о праве женщин на "карьеру" и статус бизнес-вумен? Для меня, опять же как для традиционалиста, да и просто как для нормального мужика, все эти выкрутасы выглядят совершенно излишними. Если есть такие "сильные" женщины (а они действительно есть), уверен, столь мощные дамы сами добьются своего, примеров тому - более чем достаточно. В создании каких-то тепличных "условий" и уж тем более в какой-то "борьбе за права" они точно не нуждаются. А вот лепить из подобных исключительных случаев мечту и стандарт жизни для целых поколений - это уже явный выход за рамки, грубо разрушающий столетиями и тысячелетиями складывающуюся систему социальных взаимосвязей.

Так о каком равноправии в таком случае весь разговор?

Когда мне говорят о женском равноправии, я все время вспоминаю отрывок из статьи итальянского журналиста Тициано Терцани, в которой он поделился своим проницательным взглядом на нью-йоркских женщин, на тот самый тип свободной и эмансипированной женщины. Обязательно ознакомьтесь с этим небольшим, но очень содержательным и глубоким текстом:

Иногда возникало впечатление, что нас, тех, кто любовался красотой Нью-Йорка, было на самом деле совсем немного, кроме меня, которому приходилось столько ходить пешком, и нескольких нищих, готовых противостоять ветру. Все, кого я видел, казалось, были нацелены только на выживание; главным для них было не дать себя раздавить ничему и никому. Война, вечная война - неважно с кем.

Одна из таких войн казалась мне, прожившему двадцать пять лет в Азии, особенно непривычной - это была война между полами. Причем боевые действия здесь велись одной стороной - женщинами против мужчин. Сидя под большим деревом в Сентрал Парке, я наблюдал за этими воительницами. Они шли крепкие, упорные, уверенные в себе, запрограммированные, как роботы. Сначала - утренняя пробежка. Взмокшие, в вызывающе облегающих спортивных костюмах, с волосами, собранными в пучок. Позже путь на работу: офисная униформа - деловой черный костюм, черные туфли, черная сумка с ноутбуком, волосы распущенные, еще влажные после душа. Красивые и ледяные, излучающие высокомерие и презрение к окружающим. Все то, что мое поколение считало «женственным», куда-то исчезло, сметено этим новым, вывихнутым представлением о том, что необходимо уничтожить различия, сделать всех одинаковыми и превратить женщин в уродливые копии мужчин.




Фолько, мой сын, - он тоже вырос в Азии - рассказывал, как через несколько дней после приезда на учебу в Нью-Йорк он попытался открыть дверь в аудиторию, чтобы пропустить вперед свою однокурсницу, а та осадила его со словами: «Эй, ты что же, воображаешь, что я сама не могу открыть эту …ную дверь?» Он подумал, что эта девушка - исключение, но ошибся, это было правило. И чем мускулистее и высокомернее женщины, тем более запуганными и неуверенными становятся мужчины. Если они нужны для зачатия ребенка, их используют по назначению, а потом, когда дело сделано, «производителя» отправляют обратно. И что же в итоге? А в итоге, по-моему, все несчастны.

Сидя под деревом или глядя в окно, я наблюдал за картинами, которые мне казались вторым актом той же пьесы: обилие одиноких женщин, сорокалетних, пятидесятилетних, часто с сигаретой в зубах, собаками на поводке - возможно, названными в честь отсутствующего в их жизни мужчины. «Билли, ко мне». «Нет, Билли, не переходи дорогу сам». «Билли, пошевеливайся, идем домой». Это были те же самые женщины, которые сколько-то лет тому назад бегали по утрам, чтобы сохранить фигуру. Теперь они уже немолоды; юность была потрачена на мечту о воинствующей свободе. И вот все это обернулось одиночеством, легким нервным тиком, многочисленными морщинами и как минимум, насколько я мог наблюдать, тяжелой меланхолией.

Я часто вспоминал индийских женщин, еще таких женственных, таких уверенных в себе - но совсем по-другому. В сорок или пятьдесят они становятся еще изящнее и чувственнее, чем в двадцать. Не атлетически сложенные, а естественно прекрасные. Вот уж действительно, обратная сторона луны. И кроме того, индийские женщины, как и европейские женщины из поколения моей матери, никогда не бывают одиноки: они всегда часть семьи, группы и никогда не оставлены на произвол судьбы.

Глядя в окно, я часто бывал свидетелем радикальной перемены места обитания: вот девушка приехала откуда-то покорять Нью-Йорк, волоча за собой сумку, в которой умещается вся ее жизнь. Я представлял себе, как она из газетных объявлений ищет жилье, спортзал для аэробики, работу за компьютером. А вот она идет на ланч, стоит в салат-баре, орудуя пластмассовой вилкой. А вечером - курс кундалини-йоги, которая, как ей обещают, пробудит всю ее сексуальную энергию для того акта, который когда-то мог стать чем-то божественно прекрасным, а сейчас, в лучшем случае, превратился в своего рода спортивное соревнование: Джоан побеждает Боба со счетом 4:2.



В итоге и эту девушку, летящую, как ночная бабочка, на огни Нью-Йорка, поглотит большая человеческая топка, постоянно подпитывающая жизненной энергией этот странный город. Через десять-двадцать лет, возможно, она станет одной из тех печальных женщин, за которыми я наблюдал, - молчаливых, запуганных, без друзей, без родных, ожидающих в кресле Онкологического центра, чтобы их прооперировали или сообщили результаты какого-нибудь тревожного анализа.


-----------------------

Я не буду сейчас ничего писать в ответ на легко прогнозируемые крики про ужасы патриархального общества и про то, как женщина страдала "в прежние времена". Просто приведу одну историю, которую многие возможно уже слышали:

Компания Сименс работает в России вот уже более 150 лет. Начиналось всё с прокладки телеграфов в Санкт-Петербурге. Основной материал для кабелей и проводов был медь, большие залежи которой были на Кавказе.
Когда Карл Сименс начал разработку залежей меди на Кавказе основной сложностью было нежелание мужчин работать в шахтах. Все необходимое они получали от натурального хозяйства и в деньгах не очень нуждались.

Тогда Сименс открыл в селах лавки, торговавшие украшениями и другими товарами для женщин...


Казалось бы! В таком патриархальном регионе, где женщины представляются многим из нас на положении молчаливых рабынь, еще 150 лет назад, задолго до появления демократического интернета, эти самые женщины в такой степени рулили своими мужиками, что те были готовы ради прекрасных половинок на самые крайние для себя шаги.

Как это не похоже на те устоявшиеся стереотипы, которые прочно въелись в наше подсознание и определяют наше отношение к целым эпохам и культурным явлениям.

Классический пример: "мрачное Средневековье". Зайдите в любой этнографический музей и посмотрите на сохранившиеся национальные костюмы. На их краски и соцветия. И вспомните, какой показана соответствующая одежда в исторических фильмах и литературе. Какое-то мрачное ужасающее рубище. Сегодня мы достоверно знаем: в Столетней войне двух ведущих европейских держав погибло людей меньше, чем погибает при обычной демократической революции в гуманистическом и светлом XXI веке, но именно Средневековье по-прежнему мрачное и недоброе. Мы выросли с этим. Некоторые стереотипы с ранних лет впитываются нами из всей окружающей информационной среды. Так же, например, и монархия представляется неким отжившим свое рудиментом просто потому, что она - монархия. Даже в самом слове слышится своеобразный анахронизм. В учебнике по истории - пожалуйста. В качестве традиционного декоративного института (там, где сохранилась) - пожалуйста. Но не может быть и речи о восстановлении полноценной монархической формы правления. Абсурд, скажет большинство.

На самом деле, всё это - обильная пища для серьезных обстоятельных разговоров и дискуссий. Но только не с троллями и очевидными полудурками, а с нормальными людьми, которые пусть и не придерживаются нашей позиции, но вполне адекватны для того, чтобы добросовестно с ней ознакомиться и максимально беспристрастно оценить. Например, очень хочется (да ленится) написать про "Домострой". Давно уже пора развеять нелепые мифы и иллюзии относительно и самой книги, и в целом - той эпохи и положения в ней женщины.

Но пока хотелось бы обратить внимание вот на какой довольно очевидный факт: история развития христианского общества - это история облагораживания человека, культурного и нравственного роста нашего общеевропейского социума. Это эпоха постепенного возвышения человеческих представлений о самом себе и о мире, в котором мы живем. И, между прочим, о женщине. История Наташи Ростовой невозможна в античном мире. Именно мужчины-христиане вознесли женщин на тот высокий пьедестал, на котором они покоятся до сих пор. Вроде бы и очевидный для образованного человека вывод, а в то же время часто ли вы его слышите? Скорее наоборот, согласитесь. Что же до охоты на ведьм, дорогие антиклерикалы, то это как раз не христианство, а самый натуральный откат назад, в магическое друидское прошлое. В этих явлениях мы не слышим голоса евангельского Христа, не видим в них опору на Писание или Предание. Охота на ведьм - это не что иное как демонстрация слабости в усвоении христианских уроков, прорыв старых языческих пластов в массовом сознании несмотря на столетия воздействия иной духовной парадигмы.

Ну а пока вы раздумываете над потоками моего сознания, может кто-то все же объяснит (ибо я на самом деле не понял): в чем равноправие-то? За что боролась Клара Цеткин? За вот эту тетеньку?


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 177 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →