arguendi (arguendi) wrote,
arguendi
arguendi

Патриотическая общественность. Первые ростки.

На прошедших праздничных выходных оказывается состоялся второй Всероссийский общественный форум государственно-патриотических сил. Я бы о нем ничего и не узнал, кабы не получил письмо от участников сего события. Но обо всем по порядку.



Немного о данном форуме рассказано здесь. Причем рассказано молодым участником, который планировал выступить, однако, пришел, посмотрел, послушал немного и... ушел:) В принципе, для меня ничего удивительного. Большинство патриотических "тусовок" именно так я себе и представляю. Собираются старички-боровички, на 70-80% состоящие из довольно-таки упоротых сталинистов-ленинистов-коммунистов-социалистов-патриотов и начинают возмущенно требовать от власти бороться с буржуями. Рассказывают о том, какие замечательные космические корабли бороздили просторы Большого театра в Советском Союзе, сколько у нас производилось тракторов, сколько угля добывалось и, конечно же, обязательно сравнивают время своей пылкой молодости с нынешней "разрухой", добавляя всяческих красочных подробностей. Типа того, что мы вымираем с темпами 1 миллион человек в год.

В общем, всё это настолько тускло, уныло и однотипно, что неинтересно, по-моему, даже тем, кто в зале. Поэтому ну их на фиг. Не будем о грустном.

Вот здесь можно послушать выступление организатора форума Владимира Петрова, а здесь - Хазина. Однако, куда больше меня впечатлила речь представителя Российской Патриотической Группы. Как я понял из описания самих ее участников, это небольшая (пока еще) организация, состоящая из нескольких буквально человек, не так давно принявших ответственное решение из виртуального мира выйти в суровую и объективную реальность. Решение несомненно похвальное и такие тенденции среди патриотически настроенной молодежи и граждан иных возрастов стоит только приветствовать и всячески поддерживать. Особенно если это действительно адекватно и патриотически мыслящие люди.

Я не знаю какая судьба ждет РПГ. Сможет ли она вырасти в большую и серьезную организацию, затеряется ли в бушующем океане патриотических блоков и союзов, не знаю. Но после ознакомления с выступлением ее активиста Артема Каравацкого на тему информационной и идеологической безопасности России, готов поддерживать их во всех хороших начинаниях. Обязательно почитайте, не поленитесь.

Как же я рад, братцы, что в России начинают просыпаться не просто "патриоты", а патриоты с головой и мозгами.
____________________

Добрый день дамы и господа, здравствуйте товарищи.

Я рад, что у нас есть эта площадка, на которой собрались патриотически мыслящие люди. Пользуясь этой возможностью, хочу обратить Ваше внимание на крайне актуальную и злободневную сегодня тему: информационная безопасность нашей страны, нашего русского мира.

Почему без малого уже несколько столетий мы очевидно проигрываем информационную войну нашим геополитическим противникам, при этом обладая, казалось бы, всеми исходными данными, чтобы не только одержать верх, но и повести за собой всю планету?

Ответ на этот вопрос непрост и требует глубокого осмысления всего нашего исторического опыта.

С момента Петровской реформы (а на самом деле еще раньше) в России возникли и все последующие годы лишь укреплялись прослойки элит (тогда это были в основном дворяне), ориентированных строго на Запад, для которых Запад (в лице своих политико-идеологических, а иногда даже религиозных доктрин) стал путеводной звездой и критерием для оценки, что есть хорошо, а что плохо в культурном и политическом творчестве нации.

Позднее, в XIX веке, когда идейное давление на Российскую Империю стало куда более системным в силу целого ряда объективных факторов, в эти западнические круги активно и мощно влилась многочисленная либеральная («разночинная») интеллигенция, зараженная модными тогда идеями Просвещения и вытекающими из них утопическими теориями достижения всеобщего счастья. На протяжении последнего столетия дома Романовых эти нездоровые тенденции лишь усиливались в русском обществе, что в итоге привело к денационализации всего социального строя и жизненного уклада и к краху тысячелетней монархической России.

Однако, не изменила ситуацию и революция 1917 года, основанная, между прочим, на полном отрицании собственного национального опыта. Здесь надо особо отметить два момента.

Во-первых, при советском строе по прежнему сохранялась инерция прежних лет - преклонение перед Западом в рядах послереволюционной интеллигенции бичевал уже Сталин. А в 60-е годы прошлого века, после так называемой хрущёвской оттепели, соответствующие тенденции лишь усилились, породив целые поколения интеллигентов и будущих т.н. «правозащитников» и «диссидентов», мечтательно смотрящих всё в том же направлении.

В результате на свой собственный народ и на свою Родину эти советские граждане смотрели глазами если не европейца, то уж «общечеловека» точно, не замечая в своем собственном доме ничего ценного и желая только одного – реформировать, реформировать, реформировать. На практике же это, как мы уже знаем, означало совсем другое – разрушать, разрушать, разрушать.

Во-вторых, советский строй, возникнув с явной претензией на выведение едва ли не новой породы человека и уж, по крайней мере, с претензией на построение абсолютно нового, справедливого и процветающего, общества, постепенно скукожился до участия в мировой гонке под лозунгом «Догнать и перегнать и Америку!» То есть буквально признавалось текущее доминирование США и все целеполагание государственного строительства сводилось к задаче превзойти американцев в технологиях и в уровне жизни населения.

По сути, это означало, что в СССР, в стране, которая, казалось бы, по самой своей природе должна была стать жестким антиподом западной модели социального устройства, фактически на государственном уровне воцарился негласный культ западничества.

Как это объяснить? Только одним фактором – отсутствием настоящей полноценной суверенной национальной идеологии, которая давала бы содержательные ответы на все важные социальные вопросы: от жизни конкретного человека до жизни целого государства. Зачем? Почему? В чем смысл? В чем смысл хотя бы этой нашей гонки с Западом? А в чем смысл построить коммунизм к 1980 году? А что это такое коммунизм? Полные магазинные витрины? «Как на Западе»?

Однако, все эти сущностные вопросы для жизни нации осталваись без ответа, и данный прискорбный факт сегодня охотно признается даже адекватными коммунистами и сторонниками левых взглядов – факт идеологического банкротства советского государства, которое по сути проиграло «Холодную войну» не авианосцам и крылатым ракетам, а потаенной мечте советского человека об американских джинсах и товарном изобилии.

Уже в 70-х годах, спустя всего-то 30 лет после Победы и еще меньше после смерти создателя Красной Империи обнаружилась очевидная беспомощность всего нашего Агитпропа что-либо противопоставить западной мифологии.

Да, было много красивых и громких фраз про общество без эксплуатации, про интернациональный долг, про массу возможностей, открывающихся перед любым человеком в Союзе и так далее. Однако, во-первых, реальность все чаще и чаще расходилась с делами. А, во-вторых, срабатывал эффект «запретного плода» и в обществе все явственнее ощущалось, что свобода и материальное благополучие – это где-то там, за «железным занавесом», в том месте, которое от нас всех так тщательно скрывают. По сути, именно «железный занавес» и стал главным средством сохранения СССР, позволившим ему дотянуть до 1991-го года.

Но дело, конечно, не в мечте об американских джинсах. Дело в общем неверии в собственные идеалы, которое охватило весь советский социум, от простых тружеников до элит. Ведь это были идеалы сугубо материальные - построить потребительский рай. Именно в этом мы и соревновались с Западом, пойдя к конечной цели разными дорогами.

Поэтому когда стало совсем уж понятно, что вместо потребительского рая у нас лишь дефицит, а любая шмотка и безделушка из-за «бугра» приравнивалась к религиозному артефакту, когда оказалось, что более вкусный потребительский рай удалось построить как раз там, на Западе, у нашего врага, у нашего единственного идеологического оппонента, в этот момент судьба могущественной Красной Империи оказалась предрешена.

Означает ли сказанное, что советские граждане оказались на поверку обычными «бюргерами», типичными среднеевропейскими обывателями и потребителями, нуждавшимися исключительно во вкусной кормежке и красивой одежке? Ничуть. Именно что ничуть.

Советская культура в своих лучших проявлениях – это, безусловно, те ценности, что были известны России и до Октябрьской революции, которыми она жила. Советская культура в своих лучших проявлениях однозначно имеет русскую природу, акцентируя внимание на воспитании честного достойного гражданина. Просто из Православия коммунисты взяли, если так можно выразиться, этику человека, оставив за бортом этику Бога. Изменился социально-экономической порядок жизни, это бесспорно. Но ценности межчеловеческих отношений, по сути, остались теми же. Хоть и лишились своего прежнего духовно-нравственного источника.

Думается, здесь и следует искать причины кризиса коммунистической идеи в СССР.

Блестяще на сей счет сформулировал левый по своим взглядам сценарист, режиссер и писатель Валерий Рокотов в своей глубокой статье «Чапаев и пустота», опубликованной в «Литературной газете»:

«Коммунистическая философия окаменела, став навязчивой догмой. Сознание общества не развивалось никак. Оно было заперто в узких рамках окостеневшей идеологии, не находя ответов даже на вопросы элементарные. В знаменитом «Коммунисте», вышедшем в 1957 году, герой врывается среди ночи к парторгу и говорит о своей беде. Он влюбился в замужнюю женщину! «Как это – вяжется с коммунизмом или нет?!» «В марксистской теории на это ответа, брат, нет», – слышит он и восклицает в отчаянии: «Что это за теория, если в ней про это ничего не сказано!»

Парторг совершенно ошеломлён. В его погасших глазах написано: «Ну, что тебе сказать, друг! «Капитал» – это тебе не Тора».

От партии ждали не только ответов, относящихся к области чувств. От неё ждали ответов на вопросы глубокие. А она молчала или повторяла мёртвые лозунги. Советский человек трансцендентально не рос. Ему давали лучшее в мире образование, но держали в суровых идеологических рамках. Он строил космическую станцию, смотрел в мощные телескопы, мечтал разыскать и обнять инопланетянина, а прорываться к философским вершинам не мог».


Таким образом, два фактора нашей внутренней слабости (послужившей причиной нашего проигрыша в информационной, а точнее в идеологической войне) на сегодня очевидны:
- все более активная социальная роль явно прозападно ориентированной интеллигенции и политических элит, и
- неспособность противостоять их кропотливой разрушительной работе в силу отсутствия настоящей национальной идеологии, которая смогла бы выступить в качестве полноценной антитезы западному мировоззрению.

Если быть точнее, в Российской империи речь шла о постепенной денационализации нашей общественно-политической жизни, об отказе от своих духовных, идейных традиций и принципов. А вот в СССР мы столкнулись с неудачной попыткой создать некий новый концепт, который так и не дал добрых плодов в долгосрочной перспективе. Запала хватило буквально на несколько поколений, после чего наступил полный крах.

Отсутствие по-настоящему воодушевляющей идеи привело к неспособности советского агитпропа эффективно воздействовать на массы и противостоять западным информационным атакам. Даже у нынешних коммунистов не вызывает сомнения низкое качество идеологической работы в СССР. Противопоставить Битлз, Кока-коле и джинсам однообразные выпуски «Новостей» и обязательную подписку на газету «Правда» - это был явно не лучший вариант. Нельзя не признать, что информационные дружины товарища Суслова работали по большому счету топорно, неинтересно, сухо и, как модно сейчас говорить – не креативно. Молодые поколения уж точно нельзя было завлечь советским официозом.

Причем самое удивительное здесь то, что сегодня мы точно знаем – по части критики капиталистической системы советская пропаганда оказалась абсолютно права. Приукрашивали, мягко скажем, советские реалии, но вот что касается благословенного Запада, то здесь мы были на удивление точны в оценках.

И тем не менее мы проиграли. Не сумев противостоять очевидному злу американской и европейской действительности. То есть нас соблазнили всем тем, что мы сегодня отрицаем и отказываемся принимать. Всё, от чего сегодня нас тошнит, всё это стало в 80-х тем запретным сладостным плодом, мечтая о котором вся страна молчаливо наблюдала по телевизору крах Союза в 1991 году.

А в 90-е мы остались совсем без защиты перед информационными атаками Запада. Разрушился железный занавес, ликвидировался советский агитпроп во всей своей мощи, и наши геополитические противники, а на самом деле натуральные враги, получили возможность беспрепятственно и безнаказанно творить всё, что им вздумается. И они творили. Опираясь как раз на расплодившуюся прозападную прослойку среди российских элит – начиная с творческой интеллигенции и заканчивая политическим руководством страны.

Переписывали историю России. Естественно, обливая грязью самые светлые, самые жертвенные и самые героические её страницы. Пороча достоинство наших национальных героев и признанных национальных гениев. Всё это мы прекрасно знаем и регулярно наблюдаем до сих пор непрекращающиеся попытки продолжить эту линию. Вполне ожидаемо: ведь это именно та сфера, которая обеспечивает идейное доминирование Запада. Чтобы контролировать нас, ему надо приучить нас думать, как они, дать нам свои собственные ценности, привычки, нормы поведения и дозволенного. Йозеф Геббельс был абсолютно прав: «Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней».

Чтобы не позволить русским думать о своем суверенитете, об уникальности своей цивилизации, о ее величии, нас надо превратить в стадо свиней. В животных. В потребителей, берущих от жизни всё. И главный инструмент для достижения такой цели именно пропаганда, именно масс-медиа, именно информационное воздействие на сознание и подсознание граждан.

Нельзя не отметить тот факт, что в 2000-е ситуация изменилась. Вслед за тем, что значительно изменился и вектор государственной политики. Нет сомнений, что власть приложила руку к некоторому наведения общего порядка в масс-медиа. У кого-то пришлось отнять центральный телевизионный канал с «уникальным журналистским коллективом». Кому-то перекрыть дорогу в СМИ. Подтянуть на первые роли патриотических журналистов и авторов. Однако, вряд ли даже самый яростный охранитель нынешнего Владимира Путина будет отрицать, что сделано слишком мало. Слишком робко.

Что делать? Какой рецепт мы сами можем предложить государству и обществу, если перестанем просто возмущаться ситуацией? На наш взгляд, единственно возможная на сегодня стратегия действий по обеспечению информационной безопасности всего российского социума, состоит их двух основных направлений.

Первое. Все более настойчиво и отчетливо требовать от власти проведения жесткой информационной политики. Давайте уже брать пример с Китая, который все тщательнее и тщательнее регулирует информационное поле на предмет ограничения того самого «тлетворного влияния Запада» и ведения непосредственно патриотической воспитательной работы. Для принятия таких ограничительных мер необходима политическая воля. И значит наша задача, задача русского гражданского патриотического общества - своим давлением сформировать у верховной власти такую волю.

Второе. Что касается нашей содержательной работы, то здесь мы несомненно обязаны добиться доминирования в российских масс-медиа фигур по своим взглядам являющимися безусловными патриотами своей страны. Это задача тех из нас, кто чувствует у себя способности и имеет возможность профессионально заниматься масс-медиа, т.е. фактически речь идет о создании настоящей информационной армии. Для ведения настоящей информационной войны. Патриоты должны идти в СМИ и подчинять их себе. Чтобы наши СМИ по своему содержанию (постепенно-постепенно, шаг за шагом) приобретали явный патриотический окрас. Чтобы постепенно ограничивались потоки информационной грязи с экранов ТВ, мониторов компьютеров и газетно-журнально-книжных страниц. Чтобы на этих самых экранах, мониторах и страницах становилось все больше позитивной информации, развивающей человека, по настоящему обучающей его, не разрушающей наши культурные национальные коды, а, напротив, способствующей их защите.

Именно на это хотелось бы обратить внимание всех присутствующих – на необходимость нашей инициативы. На необходимость нашей упорной и кропотливой работы. Невзирая на трудности и неудачи. Несмотря на малую на первых порах отдачу. Дорогу осилит идущий.

Не хочется выступать в роли охранителя, но нельзя не признать, что два главных общественно-политических деятеля страны, Президент и Патриарх, в своих недавних выступлениях (первый – на Валдае, второй – на Всемирном Русском соборе) более чем удачно определили фундаментальные параметры нашей национальной идеологии и определили векторы государственной политики, из нее вытекающие. Трудно не согласиться с озвученными позициями. Все по делу.

Фактически это было обращение к нации. Обращение по духу и своему содержанию полностью соответствующее общественному запросу нашего времени. Нам не надо ничего выдумывать и сидеть изобретать велосипед. Все уже есть. Все уже создано и выпестовано русским национальным гением, в лице выдающихся умов и практиков нашей уникальной цивилизации.

Нам осталось только донести эту Идею до нации. Осуществить практическую работу по внедрению патриотического чувства в общественное сознание. И никто кроме нас самих ее не сделает. Ни Путин, ни Патриарх, ни кто либо другой.

Судьба нашей страны в наших с вами руках.

_________________

P.S.
Говорят, в середине выступления советские старички-боровчики возмущенно затопали ножками и даже засвистели.

Промолчу из уважения к их сединам.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments